Наследие веков | 2017 | № 3 (11) | И. И. Горлова | Колонка главного редактора

 

Дорогие друзья!

Указом Президента Российской Федерации нынешний год объявлен Годом экологии и Годом особо охраняемых природных территории. Научному сообществу, специалистам в сфере охраны природного и культурного наследия, представителям гражданского общества была поставлена задача привлечения внимания к проблемным вопросам современной окружающей среды, улучшения состояния экологической безопасности нашей страны. Внедрение инновационных природоохранных технологий, экологическое просвещение и развитие экологической ответственности, совершенствование заповедной системы, сохранение водных, лесных и земных ресурсов… Эти и другие амбициозные проекты необходимо воплотить в целях устойчивого развития общества.

Множество мероприятий, связанных с сохранением природного наследия было приурочено к празднованию 100-летия создания первого в России государственного природного заповедника. 11 января 1917 г. на северном берегу озера Байкал был основан Баргузинский соболиный заповедник, успешно выполнивший задачу сохранения и увеличения численности баргузинского соболя. Заповедник существует до сих пор, в настоящее время он носит название «Заповедное Подлеморье и с 1996 г. входит в состав объекта Всемирного природного наследия ЮНЕСКО «Озеро Байкал».

Таким образом, особо охраняемые природные территории вот уже 100 лет являются ключевым элементом сохранения природного биологического разнообразия России. В последние годы значительное внимание уделяется анализу заповедной системы страны, сохранению редких и уникальных растений и животных, и разработке предложений по совершенствованию законодательства в сфере территориальной охраны природы. Однако, экологическая проблематика характеризуется еще одним немаловажным аспектом, который можно обозначить как «экология культуры».

«Культурная экология – это и произведения архитектуры, различных искусств, литературы в том числе, это и язык, это и все культурное наследие человечества … Культура тоже дом для человека, причём дом, создаваемый самим человеком» – утверждал когда-то академик Д. С. Лихачёв. Наш выдающийся теоретик так актуализирует одну из сложнейших проблем современности, связанную с масштабным кризисом системы «человек – природа – общество».

Понимая важность задачи формирования цивилизованных представлений о «пространстве среды обитания» (Д. С. Лихачёв), новый номер нашего журнала мы решили посвятить одной самых сложных теоретических и практических проблем современной науки о наследии – освоению культурных ландшафтов.

Понятие культурного ландшафта имеет весьма давнюю историю и связано с особым отношением человека к среде, пространству проживания и деятельности, местам исторической и личной памяти. Как категория научного знания термин «культурный ландшафт» был институализирован немецким географом Отто Шлютером, понимавшем его как материальное единство природных и культурных объектов, доступных восприятию человека. Идеи Шлютера впоследствии были развиты американским ученым Карлом Зауэром, трактовавшим культуру как целостность человеческого опыта, формирующую рукотворный облик земной поверхности.

Подходы Шлютера и Зауэра определяли развитие этого направления на протяжении всего XX в. Не потеряли своей актуальности они и сегодня. Культурный ландшафт становится одним из основных объектов наследия – от изучения единичных памятников внимание исследователей перемещается к осмыслению целостной историко-культурной среды, как результату совместного творчества человека и природы.

Культурный ландшафт, воплощающий в себе образы исторической эпохи, пространственные смыслы и культурные коды, органично связан с системой символических значений и ценностным каркасом общества. Роль человека в этой сложной системе – ключевая, но и влияние его может быть фатальным. В этой связи призываю, беречь природу и хранить национальное культурное наследие, ведь каждая встреча с ними – это встреча с прекрасным, прикосновение к тайне.

С уважением,

Ирина Горлова